Не рыдай, что будущего нет.
Это — тоже в перечне примет
Места, именуемого Раем.
                       И. Бродский

Об этой эпитафии

Ему не был свойственен страх перед неизвестным — и эти строки продолжают этот разговор с теми, кто остался. Запрет на слёзы здесь звучит не жёстко, а почти с нежностью: будущего нет, но это и есть признак того, что всё хорошо. Подойдёт тем, кто ценил иронию и умел смотреть на вечность без дрожи.